Производство и продажа фальсифицированного топлива

0
494

По заключению экспертов, производство качественного топлива, соответствующего ГОСТ (ТУ), на малых предприятиях рентабельным быть не может. Исключительно прибыльным для них является лишь производство высокооктанового топлива путем добавления в прямогонный бензин различных присадок, таких как олигомеризаты, пироконденсаты, ферроцены, бензол и толуол. Поскольку эти присадки исключительно токсичны, на подобных производствах используется низкооплачиваемый труд людей – выходцев из бывших советских республик. «Нефтепродукт», полученный таким способом, нестабилен; октановое число, до которого его довели «технологи» из ближнего зарубежья, сохраняется несколько часов. По истечении этого времени топливо, как в сказке про Золушку, превращается из «качественного продукта» в… прямогонный бензин. Каналы реализации скоропортящегося фальсификата налажены в Подмосковье очень четко: производство (оно же нефтебаза) – подделка паспортов топлива (иногда мошенники не утруждают себя даже этим) – АЗС – потребитель.

В Москве фальсифицированное топливо реализуется не напрямую, а по косвенным схемам – через нефтебазы. Происходит это примерно так: после сговора с руководством базы туда привозится «паленый» нефтепродукт и смешивается с нормальным, качественным топливом. Вот, собственно, и все. После этой нехитрой процедуры топливо закупают ничего не подозревающие владельцы АЗС, и затем потребители заливают его в баки своих автомобилей. Наиболее защищенными от некачественного топлива являются сбытовые сети крупных НК, поскольку бензин на них поступает с собственных НПЗ и нефтебаз. К тому же НК весьма дорожат своим брендом, поэтому они осуществляют жесткий контроль качества своей продукции силами собственных подразделений.

В арсенале Главного управления по борьбе с экономическими преступлениями пока нет технических средств для осуществления экспресс-анализа по качеству ГСМ, нефтепродуктов и исследований в объеме ГОСТ (ТУ). Проведение операций, подобных «ГСМ» и «Заправка», обходится ГУБЭП в немалые суммы. Испытания в аккредитованных лабораториях, результаты которых учитываются как доказательная база в суде, стоят примерно $200 за исследование моторных масел по 5 основным параметрам и более 8-10 тысяч рублей за исследование бензина и дизтоплива. Поскольку речь идет об операциях общероссийского масштаба, становится понятно, о каких суммах идет речь. Однако в последнее время эта ситуация изменилась к лучшему. После семинара, проведенного ГУБЭП совместно с руководителями подразделений крупных НК, отвечающих за контроль качества нефтепродуктов, удалось достичь определенных договоренностей по оказанию содействия государственным структурам, контролирующим качество реализуемого в центральном регионе топлива. В частности, была достигнута договоренность с ТНК об использовании принадлежащих этой компании мобильных лабораторий контроля качества нефтепродуктов. Подразделения контроля некоторых НК предложили ГУБЭП помощь в закупке оборудования для экспресс-анализа.

Использование передвижных лабораторий ТНК уже дает положительные результаты, поскольку упростилась схема проведения инспекции. Если после проверки экспресс-методом на соответствие ГОСТ (ТУ) качество и происхождение нефтепродукта вызывает сомнение у инспекторов, продаваемый объем опечатывается и оставляется на ответственное хранение у собственника. Отобранные пробы подозрительного бензина или дизтоплива проходят испытания в аккредитованной Госстандартом РФ лаборатории. Если аккредитованная лаборатория подтверждает несоответствие топлива ГОСТ, в судебные органы направляются результаты исследований и предложения нефтяной или транспортной инспекции о невозможности использования данного вида ГСМ по прямому назначению. На основании предоставленных материалов суд, вероятнее всего, примет решение об утилизации нефтепродукта. Если учесть все то время, пока аккредитованная лаборатория, затем судебные органы выносят свои решения, а опечатанное топливо хранится у собственника, занимая производственные емкости, становятся очевидны финансовые убытки, которые он понесет. Кроме того, к потерям, возникшим из-за простоя производственных площадей, следует прибавить обязательные штрафные санкции. В результате (теоретически) складывается ситуация, когда нечистоплотному владельцу АЗС или нефтебазы стоит сильно задуматься перед тем, как решиться на махинации с фальсифицированным топливом.

От продажи фальсифицированного топлива страдают не только потребители и их автомобили. Это проблема государственного уровня, поскольку речь идет о колоссальном недополучении налогов и, как следствие, доходов в бюджет. Все оборотные средства теневого бизнеса проходят мимо фискальных и контролирующих органов. Кроме того, нечеткость правовых норм и отсутствие серьезных уголовных санкций являются прямой причиной того, что ряды топливных авантюристов ежегодно пополняются новыми членами; государству же остается только констатировать тенденцию к росту преступлений в этом секторе рынка.

Факты производства фальсифицированного топлива должны наказываться самым строгим образом. В первую очередь это касается отзыва лицензии и жестких штрафных санкций в отношении нарушителей закона (хотя после принятия постановления правительства №637 отзыв или аннулирование лицензии уже не является серьезным сдерживающим фактором для предпринимателей, строящих свой бизнес на нелегальных операциях). Оборотной стороной инициативы правительства, нацеленной на поддержку и развитие малого бизнеса, является использование постановления №637 криминалитетом для беспрепятственной организации фирм-однодневок, перед которыми ставится одна цель – закупить на НПЗ партию прямогонного бензина и «раствориться во времени и пространстве». Упрощенный порядок выдачи лицензии должен быть сбалансирован со строгим надзором со стороны государства за выполнением лицензионных требований. На нефтеперерабатывающих заводах необходимо контролировать процесс отпуска оптовикам прямогонного бензина – попытаться ввести некий «face control», отделить легальный бизнес от фирм-однодневок, закупающих прямогонный бензин с совершенно определенной целью – для дальнейшей незаконной «переработки» и реализации. К сожалению, такая инициатива вряд ли будет исходить от руководства НПЗ, поскольку противоречит их прямой заинтересованности – продать как можно больше этого дешевого в производстве безакцизного топлива.

Производство и продажа фальсифицированного топлива – это очень серьезный, денежный бизнес, в котором участвует много игроков как со стороны криминалитета, так и со стороны государства. Вряд ли для кого-то это утверждение является откровением – таковы реалии современной жизни. Конечно, есть статьи Уголовного и Налогового кодексов, действительно применимые именно к таким преступлениям, которые характерны для топливного рынка. В качестве сопутствующих стаей УК я бы добавил еще статьи о служебных преступлениях, таких как взятки, халатность, злоупотребление служебным положением. Но существование статей УК – де-юре, и практика их применения в такого рода делах – де-факто, это, как говорят в Одессе, две большие разницы. Дело в том, что привлечение к уголовной ответственности возможно только в том случае, когда доказан умысел конкретных лиц в совершении преступления. Но даже если оперативным и следственным органам удалось доказать этот умысел, уголовные дела часто закрываются или переквалифицируются в административные, и это уже вопрос чистоплотности некоторых представителей государственной власти.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ